www.pavelkalina.ru

среда, 27 июля 2016 г.

Дом



            – А-а-а! Я больше не могу!

            Флинт почувствовал, как Нати соскользнула с его спины и полетела вниз. До берега оставалось совсем немного, но сил держаться дальше у его пассажирки уже не было. Увидев это, Прыг бросился в воду и за несколько сильных гребков уже был рядом с Нати. А та, ни о чем не думая, совершенно инстинктивно принялась работать всеми своими лапками, из последних сил пытаясь удержаться на плаву. И у нее это получилось!

            Сначала суматошно и неуклюже, но потом все уверенней маленький древесный лягушонок с Острова Зеленых Попугаев поплыл к морскому берегу! Прыгу даже не пришлось ей помогать – он просто был рядом, готовый в любой момент протянуть ей лапу. Таким удивительным образом и началось для Нати знакомство с Берегом Веселых Черепах: она научилась плавать!

            Кряк, наблюдая за своими друзьями, сразу вспомнил свой первый полет – такой же поначалу неуверенный и неуклюжий. Он тогда сразу почувствовал себя очень сильным и самостоятельным – ведь он сделал это сам! Мама ему говорила в тот день: «Милый мой сыночек! В жизни все когда-нибудь бывает в первый раз, и ты можешь и должен гордиться собой. Ты молодец!». Кряк рассказал об этом уставшей Нати, и та с благодарностью ему улыбнулась.
                                                                                                             
            А Лика сразу побежала к своему дому. Он был совсем рядом – лапкой подать, и уже через несколько минут она стояла на пороге. Она почему-то решила не входить сразу, а легонько постучать в дверь – ей очень хотелось увидеть, как обрадуется мама, когда ее увидит. И когда дверь отворилась, Лика просто стояла, широко улыбаясь своему самому близкому и родному существу на свете. Потом, конечно, были и объятия, и радостные возгласы, и поцелуи, но девочка навсегда запомнила самые первые секунды их встречи. Она увидела, как лицо мамы вдруг осветилось каким-то удивительным внутренним светом, и почувствовала горячее тепло внутри своей груди.

            – Здравствуй, мама! Я вернулась!

            Вдоволь пообнимавшись и насмотревшись друг на друга, дочка и мама сели рядышком. Лика стала говорить о тех невероятных трудностях, с которыми им пришлось столкнуться в этом долгом и трудном путешествии домой. Ее папа Тим тоже был здесь и внимательно слушал дочь, которой так долго не было рядом. Он вдруг понял, что все его недовольство по поводу ее друга Прыга, который якобы мог быть причиной ее такого долгого отсутствия, не имеет сейчас никакого смысла. Это абсолютно неважно, потому что Лика дома, целая, здоровая и чувствует себя просто замечательно! А то, что было раньше… Было и прошло. Все хорошо, что хорошо заканчивается!

            Нашей принцессе захотелось устроить что-то вроде праздничного ужина по поводу своего возвращения. Дом крабиков не смог бы вместить всех, и мама с дочкой решили устроить ужин прямо перед домом под открытым небом – погода обещала быть чудесной. Лика помчалась на берег, чтобы пригласить всех своих друзей.

            Прыг тем временем забежал к себе домой. Его родители уже привыкли к частым путешествиям своего сына. То ему захотелось пробраться как можно глубже в джунгли («там наверняка есть что-нибудь любопытное!»), то вдруг стало интересно, откуда берет свое начало ручей. Всякий раз он возвращался немного повзрослевшим, чуть более опытным, чем раньше, и они научились не беспокоиться о нем (так казалось лягушонку). Обычно его отсутствие длилось недолго – дня три или четыре. Но в этот раз не было его намного дольше. Именно поэтому его папа и мама так обрадовались, когда Прыг, наконец, появился в стенах родного дома.

            Прибежав к ребятам на берег, Лика радостно провозгласила:

            – Милые мои друзья! Я всех приглашаю сегодня, чуть ближе к вечеру, собраться около нашего дома. Мне и моим родителям очень хочется вас увидеть и сказать много-много добрых и теплых слов. Солнышко уже начинает понемногу клониться к горизонту, поэтому я предлагаю прямо сейчас переместиться на лужайку перед нашим домом. Это совсем рядом, лапкой подать!

            Лягушонок уже успел вернуться и сразу присоединился ко всей компании. Все были здесь – наш отважный капитан Прыг, его подруга Нати – лягушонок с Острова Зеленых Попугаев, разноцветный попугай Флинт, заметно повзрослевший утенок Кряк и Лика со своей мамой Норой и папой Тимом. Правда, не было тех, кто остался далеко – кто на корабле, кто на острове, но Лика все равно чувствовала их присутствие, будто все они были рядом. Наша команда всегда будет вместе, думала она, даже если мы будем далеко друг от друга.

            Тетя Нора решила первой обратиться к ребятам со словами благодарности.

            – Друзья! Я хочу… Нет, мы хотим (папа Тим улыбнулся) сказать всем вам огромное спасибо за то, что вы все это время были рядом с нашей любимой дочкой. Вы научились вместе преодолевать те трудности, с которыми пришлось столкнуться – Лика мне рассказывала о них. Но самое главное – вы, как мне кажется, научились дружить, научились лучше понимать друг друга, помогать и заботиться друг о друге. А это очень поможет вам в жизни. И это дорогого стоит, уж поверьте моему опыту…

            Вечернее солнце уже давно скрылось за горизонтом, а ребята все говорили и говорили, вспоминая свое путешествие и друзей, оставшихся далеко отсюда. Ярко горел костер, в который Прыг подкладывал сухие ветки. Кряк рассказал, как он догадался прилететь. На самом деле, как он говорил,  все просто – он сразу узнал «Пассат», каким-то удивительным образом понял (как он сказал, «что-то ему подсказало»), что Лика на нем возвращается и очень удивился, когда корабль вдруг развернулся и стал удаляться. Он тут же поднялся в воздух и устремился вперед. А дальше вы знаете, сказал он, улыбнулся и посмотрел на нашу принцессу.

            А Лика в ярких красках рассказывала всем о воздушных шарах, о смелости и умениях отважного Прыга, об огромной пещере с наскальными рисунками, куда она по своей наивности провалилась. Нати, которая эту историю уже слышала, с улыбкой отметила про себя, что в рассказе Лики появляется все больше новых красочных подробностей, еще более невероятных.

            Флинт, который тоже это заметил, подумал: «А вот теперь уже и вовсе непонятно, что именно богатое воображение нашей рассказчицы придумало само, а что произошло на самом деле. Можно, конечно, спросить об этом лукаво улыбающегося Прыга, только вот надо ли? Эта история теперь живет уже сама по себе, и нам остается только с удовольствием наблюдать за ее талантливым автором!»

            Вспомнили Фагота, который остался на острове, и понемногу разговор сам собой перешел на ближайшее будущее. Ребятам стало ясно, что нужно обязательно навестить черного кота – узнать, как ему там живется, каких друзей нашел, где побывал и прочее, прочее. «В общем, одно путешествие только-только завершилось, и тут же начинает планироваться другое», – подумал Флинт и взглянул на родителей Лики. Судя по немного печальным глазам мамы Норы,  она думала примерно о том же.

            – Прошу вас, не грустите, дорогие мои друзья! – сказал попугай. – Вы не хуже меня знаете, что от этого никуда не деться – дети всегда будут идти своим путем. И мне кажется, что это замечательно! Пускай они, когда вырастут и станут взрослыми, сами решают, кем быть, где и с кем жить, в каких богов верить и верить ли в них вообще. А вам обоим стоит гордиться тем, какую смелую и любящую своих родителей дочку вы воспитали. Она обязательно будет возвращаться домой, как это было в этот раз. И будет так еще долго-долго.

            Блики пламени танцевали на лицах ребят, на высокой траве, на окнах дома нашей принцессы. Лика тут же вспомнила ТАНЕЦ  ДОЖДЯ, который им довелось увидеть на острове, и восхищенно рассказала об этом – там тоже был костер и таинственные джунгли вокруг. И опять разговор пошел о планах проведать Фагота, узнать, все ли у него в порядке. Кряк, который никогда его не видел, твердо сказал, что очень хочет увидеть кота, пожать ему лапу (Прыг едва заметно улыбнулся), и что совсем скоро они отправятся на Остров Зеленых Попугаев. Осталось определиться, кто готов лететь, а кто хочет пока побыть дома.

            И Лика не знала, чего ей хочется больше. Она не видела и маму, и папу невообразимо, немыслимо долго, и при этом ей все равно казалось, что нужно лететь. Лететь туда, где на горизонте начинают появляться другие берега. И она вдруг поняла, что ей так понравилось в этом долгом путешествии домой. Ей понравилось возвращаться, понравилось находить в себе воспоминания о маме, папе и родном доме. А он, хоть и был все это время невероятно далеко, на самом деле был очень «рядом», будто она никуда не уезжала. Но ведь там, где находится это самое «далеко», ведь там так интересно! Туда так хочется попасть! Как же быть??

            И Лика, едва ли не в первый раз в своей подростково-девчачьей жизни, приняла серьезное самостоятельное решение. Она решила остаться дома, по крайней мере, сейчас. Она увидела и почувствовала, что ее маме это сейчас очень нужно. А раз это нужно самому дорогому и близкому мне существу, значит, так тому и быть!

            На Берег Веселых Черепах опустилась тропическая ночь. Лика смотрела на звезды, слушала их мерцание и думала о том, что ночное небо чем-то похоже на солнце – его рисунок, очертания созвездий совсем не меняются со временем. «Или, быть может, все-таки меняются?» – спросила она своих друзей, Прыга и Флинта, которые сидели рядом, у костра.

            – Милый мой друг, – сказал, улыбаясь, попугай. – Похожими или разными эти огромные звездные облака делаем мы сами, закрывая или раскрывая свою природную фантазию, воображение и желание этим восхищаться. Я, например, всегда буду удивляться тому, что мерцает ночью у нас над головами. Я убежден, что именно наше  восхищение дает этому прекрасному миру жизнь!

            А Прыг ничего не сказал. Он научился у своего далекого друга Фагота лукаво улыбаться в воображаемые усы, и теперь просто и многозначительно молчал. «К чему слова, когда на небе звезды…»
                                                                                                                             






Предыдущая глава
 ©Калинченко Павел
design-up.ru
                                                                                                                              




Берег



  
          Этим утром всех разбудил Флинт, подняв на корме «Пассата» небольшой переполох. «Вставайте скорей! Поднимайтесь, сони! Сегодня все случится, именно сегодня!» – попугай был необычайно оживлен, хлопая своими разноцветными крыльями. Недовольный Прыг спросил Флинта, недоумевая:

            – Эй, ты чего так суетишься? Нам еще два дня идти до Берега Черепах, судя по карте и флажкам на ней. Я все продумал и рассчитал, не волнуйся ты так.

            – Это была старая карта! А сегодня я услышал разговор капитана со своим помощником – они говорили о дне прибытия к Берегу. Мы подойдем к нему сегодня днем. Если забраться на самую высокую мачту, через пару часов его уже будет видно. Лика, милый мой друг, твое путешествие подходит к завершению! Кстати говоря, и твое, Прыг, тоже.

            Сонного Прыга будто встряхнули. Отставив в сторону вопрос о том, нравится ему завершение путешествия или нет, он быстро переключился на то, что нужно будет сделать прямо сейчас. А предстояло многое, думал он: покормить девчонок, позавтракать самому, обсудить с ними детали предстоящего перехода на остров, попрощаться с Шушей… «Опять все приходится делать в спешке! Еще неизвестно, когда и какая шлюпка пойдет на берег. И вообще, пойдет ли?» – нахмурившись, думал он. Вид недовольно-озабоченного Прыга так развеселил Лику и Нати, что они обе принялись в голос хохотать, позабыв про всякие приличия.

            Лягушонка всегда удивляла такая беспечность – он так не мог, просто не умел. Собрался было обидеться, да не успел: Рыжий принес друзьям немного еды – перекусить перед дорогой. «Только не наедайтесь!» – строгим командирским голосом сказал наш капитан. Команда (Лика и Нати) проворно закивала своими головами, тщательно скрывая веселые улыбки.

            За завтраком выяснилось, что Нати плавать не умеет. Вот это да! Летающим древесным лягушкам это просто не нужно, коли вся жизнь проходит на дереве, говорила она. Прыг возражал, что это очень зря, потому как еще одно умение никогда не помешает, особенно если оно…

            – Земля-а-а! – раздался крик матроса на мачте. На палубу из каюты вышел капитан со своим помощником, оживленно что-то обсуждая.

            Флинт подлетел к ним и сел на плечо капитана. Издалека было видно, что попугай внимательно слушает, изредка кивая разговору.
                                                                                                            
            Прибежала Шуша, сжимая в лапах маленький узелок. «Это я вам в дорогу собрала! Совсем немного всяких вкусностей, будете есть и меня вспоминать», – говорила друзьям настоящая Корабельная Мышь. Она все причитала, морщила носик и вытирала крохотным платочком влажные уголки своих черных глаз. Один ус у нее был, оказывается, черного цвета, а остальные – белые. Так забавно, думала Лика, и как только я раньше этого не замечала? Именно такой я ее и запомню – доброй заботливой старушкой с маленькими сухонькими лапками, которые бережно держат маленький узелок с вкусностями.

            Тем временем парусник подходил все ближе к берегу. Уже стали видны белые барашки у рифа, а вдалеке угадывались знакомые очертания прибрежных зарослей у устья ручья. Лика смотрела, не отрываясь – этого времени она ждала уже очень давно!

            Флинт по-прежнему сидел на плече капитана, внимательно слушая разговор. Вдруг к ним быстрым шагом подошел один из членов команды и что-то коротко сказал. Это был радист корабля – Прыг сразу его узнал. Капитан, не раздумывая, так же коротко отдал приказ своему помощнику, и с этого момента события стали развиваться невероятно быстро.

            Прозвенел корабельный колокол. Помощник что-то быстро сказал матросам, и те бросились к снастям; в их действиях появилась стремительность и смысл, которого наши путешественники еще не понимали. Очень скоро стало ясно, что корабль меняет курс! Теперь он поворачивал, чтобы направиться в сторону от долгожданного берега, который был совсем рядом. Ни Лика, ни Прыг, ни Нати ничего не понимали и смотрели на капитана вдалеке, на его помощника и на сидящего на плече Флинта. Что происходит?? Всем оставалось только ждать.

            Именно этого Лика не любила больше всего. Впрочем, Флинт уже летел к оторопевшим друзьям, чтобы рассказать последние новости. Оказывается, радист «Пассата» принял сигнал SOS от судна, которое терпело бедствие в стороне от запланированного маршрута. И теперь парусник спешил на помощь попавшим в беду морякам, оставляя за кормой долгожданный берег.

            Все это Флинт выпалил на одном дыхании. У Лики внутри будто что-то оборвалось. Она вдруг почувствовала странную отрешенность, будто это все происходит уже не с ней, а с кем-то другим. Прыг стал что-то быстро говорить Флинту, тормошить его за плечи, горячо и убежденно, только Лика ничего этого уже не слышала. Она смотрела на родной берег, который становился все дальше; лишь белые барашки у рифа были еще видны. Только вот  забавными они уже не казались – Лика была уверена, что они просто смеются над ней, над ее таким понятным желанием вернуться домой. Оказывается,  природа, обстоятельства и жизненная случайность могут быть такими жестокими.

            Прыг пытался в разговоре с Флинтом понять – какой из всего этого может быть выход. Можно попробовать прямо сейчас прыгнуть в море; Лика доберется до берега по дну, а я и Нати – вплавь. Но нет, это невозможно; во-первых, здесь очень глубоко, а во-вторых, Нати вообще плавать не умеет. Может, остаться на «Пассате» и подождать, когда он снова подойдет к Берегу Черепах? Но Флинт грустно качал головой: судя по тому, что говорили капитан и старпом, корабль потом пойдет дальше по маршруту и наберет пресной воды в другом месте. Неужели нет никакого выхода, спрашивал себя и Флинта лягушонок. На девчонок он старался не смотреть – сказать им было нечего. Тем временем Лика, глотая слезы, совершенно безучастно глядела на какую-то точку над горизонтом, не обращая внимания на происходящее рядом.

            Корабль отходил от берега, а загадочная точка над горизонтом становилась тем временем все больше. Через какое-то время Лика стала различать крылья, которыми точка часто-часто размахивала. Еще немного, и стало очевидно – какая-то не очень большая птица быстро догоняла «Пассат». Еще ближе – и Лика уже была уверена, что видит что-то невероятно знакомое. А когда эта белая птица опустилась на корме корабля, Лика не могла поверить своим глазам!

            – Прыг, смотри, кто к нам прилетел!

            Прыг тоже не верил, что так бывает. Да ведь это Кряк!! Вот это удача! Как он вообще нас нашел?? Но об этом узнаем потом, а сейчас нужно действовать быстро, ведь мы все дальше уходим в море. Все эти мысли очень быстро проносились в голове Прыга, и он снова чувствовал себя настоящим капитаном. Капитаном, которому необходимо прямо здесь, прямо сейчас и очень быстро принимать важные для команды решения – решения, от которых зависит их дальнейшая судьба.

            – Кряк, как мы рады тебя видеть! О том, как ты нас нашел, расскажешь потом, а сейчас тебе нужно будет отнести на берег на себе Лику, меня и еще одного моего друга. Справишься?

            Лика с восхищением смотрела на сильные крылья Кряка. И когда это он успел так возмужать? Только бы он согласился отнести всех троих!

            – А кто третий? Ты, что ли? – попробовал пошутить Кряк, обращаясь к огромному рыжему коту, который, слегка ухмыляясь, стоял рядом и был почти в два раза больше него. Только вот команде было не до смеха – время стремительно уходило.

            – Третий – это я! – прозвучал тоненький голосок. Кряк взглянул на совсем маленькую Нати, которая сидела на палубе, робко смотрела на него снизу вверх и казалась почти ребенком.

            – Эй, девочка! – его голос прозвучал немного насмешливо. – Ты вообще плавать-то умеешь? – зачем-то спросил он, будто для полета это было важно.
                                                                                                                 
            – Конечно, умеет, она же лягушонок! – в один голос, не сговариваясь, ответили Лика и Прыг. Но Нати… Врать она просто не умела. И хотя для предстоящего дела лучше было сказать, что умеет (так сразу подумал Прыг), его подруга с разноцветными лапками горько покачала головой и тихо сказала, чуть не плача:

            – Не могу-у… Но я обязательно научусь!

            Однако Кряк явно сомневался, получится ли у него нести всех троих. А если эта девчонка не удержится и упадет в море? А если будет слишком тяжело? Я ведь и на крыло-то встал совсем недавно, лихорадочно думал он. Как много «если»! А время по-прежнему уходит.

            Все эти горестные сомнения одним махом разрешил Флинт. Он быстро подлетел к нашим горе-путешественникам и просто сказал:

            – Все, друзья, хватит сомневаться, пора! Лика, Прыг, быстро забирайтесь на Кряка, а я понесу Нати. И не спрашивайте меня ни о чем – у нас нет времени! Скорей, скорей!

            Когда всем стало ясно, что и как нужно делать, сомнения тут же исчезли. Прыг и Лика одним прыжком оседлали повеселевшего Кряка, а Нати быстро взобралась на спину попугаю и вцепилась изо всех сил в его перья. Флинт быстро обернулся и сказал, обращаясь к Шуше и Рыжему:

            – Прости, Шу, я не могу остаться. Я должен помочь моим друзьям – так говорит мне мое сердце. Прощайте, и не поминайте лихом!
                        
            С этими словами они взлетели навстречу свежему морскому ветру. Нати еще сильнее сжала передними лапками перья попугая и крепко-крепко зажмурилась. Она никогда не летала «верхом», а это, оказывается, так здорово! Только вот страшно немного.

            Впрочем, так было лишь поначалу. Вскоре она решилась открыть глаза и посмотреть по сторонам. Море оказалось таким огромным! Она догадывалась, что это так, но увидеть такой невероятный простор никак не ожидала. А далеко впереди были видны белые барашки у рифа и широкий песчаный Берег Черепах, на который друзья собирались приземлиться. Они летели к Ликиному дому, к дому Прыга, к тем местам, которым еще предстояло стать родными для Нати. Вполне возможно, что и для Флинта тоже – вряд ли он сможет скоро вернуться на «Пассат».

            Оставшимся на корабле Шуше и Рыжему стало вдруг невероятно грустно. Рыжий почувствовал, что он расстался с настоящими друзьями, которых обрел совсем недавно. И Шуша тоже – теперь опять придется быть одной, как раньше. Но она знала – не бывает так, чтобы всё у всех всегда было прекрасно и замечательно. Если так и бывает, то совсем недолго.

            – Шу! Можно я буду Вас так называть? Мне очень понравилось, как обратился к вам Флинт, – сказал Рыжий и улыбнулся. Шуша кивнула, хотя ей все еще было немного не по себе – ведь коты для мышей всегда были грозными хищниками. Но Рыжий не был таким – жизнь заметно изменила его. Он осторожно коснулся ее маленькой лапки своей и тихо сказал:

            – Я тут подумал. Мне кажется, что это очень здорово – знать, что где-то далеко есть кто-то, кто считает тебя настоящим другом. И кто знает, может мы еще встретимся –попугай Флинт, черный кот Фагот, девочка-крабик Лика, ее друг лягушонок Прыг, Нати с разноцветными лапками, настоящая Корабельная Мышь Шуша и я, бывший портовый бродяга Рыжий…

            – Ты еще про Кряка забыл. Я его совсем не знаю, но мне кажется, он хороший парень. Только бы они благополучно долетели!

            – Долетят. А мы… Послушай, Шу, давай будем дружить! Неважно, что я кот, а ты мышь. Я буду тебе каждый день приносить еду. Она здесь всегда такая вкусная! И мы просто будем разговаривать друг с другом о всякой всячине, как настоящие друзья, которые долго друг друга не видели. Мне этого так не хватает!

            Шуша улыбнулась, кивнула и убежала к себе. «Никогда бы не подумала, что этот огромный рыжий кот предложит мне дружбу. Мне, обыкновенной корабельной мыши. Бывает же такое!» – такие мысли роились у нее в голове еще долго, мешая по-настоящему уснуть.


            А наши воздушные путешественники тем временем подлетали все ближе к долгожданному берегу. Лика, закрывшая в какой-то момент свои глаза, теперь боялась их открыть – вдруг все окажется наваждением. Но Прыг уже начинал готовиться к приземлению – в полете время пролетело быстро.

            Флинт и Нати летели немного позади – пожилому попугаю было трудно поспевать за молодым и сильным Кряком. Нати что-то совсем затихла, думал он. Но берег был уже совсем близко! Первым на белый пушистый песок опустился Кряк, и Лика с лягушонком наконец спрыгнули на твердую землю. Радости нашей принцессы не было предела! Да и Прыг тоже был рад, что этот долгий суматошный день подходит, наконец, к своему завершению. Вот уже и Флинт со своей притихшей пассажиркой на загривке собирался приземлиться на берег.

            Погода стояла тихая и спокойная. Огромное тропическое солнце было еще высоко, и только к вечеру собиралось опуститься в океан. Лика вспомнила его именно таким, каким уже видела здесь раньше много-много раз. Вот уж что совсем не меняется, так это солнце, думала она. Так же ласково греет ранним утром и перед закатом, и так же нестерпимо обжигает днем, когда находится в зените. Наверное, это хорошо,  часто говорила ее мама. В жизни обязательно должны быть вещи, которые со временем почти не меняются – мне такое постоянство природы очень помогает…

Возвращение



      
      Лика во все глаза смотрела на красивые яхты – с утра дул устойчивый морской бриз, и портовая гавань становилась все свободней. Паруса у них были не только белые – многие были разноцветные, как крылья у Флинта. Почти на каждом было что-то написано, но Лика не могла толком разобрать, что именно. Все происходило очень быстро и весело, словно участники регаты действительно торопились освободить кораблям на рейде их законные места.

            Гавань была уже наполовину пуста, когда к нашей принцессе присоединился Прыг. Проводив взглядом яхты разноцветной регаты, он посмотрел в сторону больших кораблей в море. Лика туда смотрела уже давно – один из них, который неспешно шел в гавань своим ходом, ее явно заинтересовал.

            – Прыг! Скажи-ка мне, милый мой друг, а видел ли ты когда-нибудь наш «Пассат» без парусов? – с нескрываемой радостью в голосе спросила она лягушонка.

            Судя по его довольной улыбке, он и сам уже все понял. Самый большой парусник, из небольшой трубы на корме которого шел едва заметный дым, медленно приближался к гавани. Чем ближе он подходил, тем очевидней становилось: да, это был «Пассат»!

            Прыг никак не мог понять: и как он с самого начала не догадался? И когда у наших друзей отпали вообще все сомнения, радостный вопль Рыжего поставил своего рода точку в истории с неизвестными кораблями в море:

            – Ура-а-а-а! Я вернулся!!

            Кого имел в виду Рыжий? Себя, уставшего от беспорядочной портовой жизни, или огромный парусник, который, как казалось, действительно был рад увидеть своих заплутавших пассажиров? Это осталось неизвестным. Как бы то ни было, ближайшие планы наших путешественников стали ясны: надо узнать, куда идет в своих странствиях «Пассат» – их прежний морской дом. Лика чувствовала внутри тепло,  будто вдруг встретила старого, почти забытого друга.

            Как выяснилось чуть позже, это был запланированный маршрут «Пассата» – обогнув Остров Зеленых Попугаев, он возвращался обратно мимо Берега Веселых Черепах. Зачем парусник выполнял это плавание, Флинт не узнал, да и неважно это было. Это он, едва увидев знакомые обводы корабля, тут же полетел на «Пассат» и, послушав разговоры матросов, все узнал.

            Настроение у всех было приподнятое, особенно у Лики. Рыжий вообще едва мог сдерживать ликование, Флинт был рад близкому завершению путешествия нашей принцессы, а Прыг… Было непонятно, чего он хочет больше – возвращения домой или все-таки продолжения приключения, которое так его захватило. Похоже, он и сам этого не понимал, но вида не подавал.

            Очень скоро корабль уже стоял в гавани у пристани, и ловкие матросы, перекинув на берег деревянный мостик, продолжали свою возню с парусами. Друзья дождались, когда вокруг никого не будет, и быстро прошмыгнули на палубу. Первым, конечно же, радостно бежал Рыжий, а за ним остальные. Фагот тоже решил пока не оставлять друзей и прошел со всеми – может, удастся на кухне чего-нибудь съестного перехватить. Здесь, на Острове, есть ему хотелось всегда.
                                
             Устроились на корме, недалеко от камбуза – там стояли какие-то ящики с тряпками, и можно было спрятаться. Прыг тут же отправился проведать Шушу, и через какое-то время их старая знакомая уже рассказывала друзьям обо всем, что произошло за время их отсутствия. Все внимательно слушали, особенно Нати, которой все было в диковинку. А Шуша, морща свой забавный нос, старалась наполнить рассказ какими-нибудь интересными подробностями.

            Впрочем, произошло не так уж много. На камбузе очень удивились исчезновению Фагота («Надо же», – подумал он) и долго звали по имени, да один раз случился довольно сильный шторм, в котором стихия изрядно потрепала корабль. В порт он зашел как раз для того, чтобы его могли немного подремонтировать.

            Отдышавшись, Рыжий выгнул грудь колесом, распушил хвост, напустил на себя важный вид и гордо прошел на камбуз. Выглядело это довольно комично – облезлый бок, царапины на морде… Очень гордый рыжий оборванец. Его и не узнали поначалу, и чуть было не выгнали на пристань («Брысь, портовый бродяга!»), но потом все встало на свои места. Кота узнал мальчуган-поваренок, обрадовался, и тут же навалил полную миску еды. Рыжий съел только пару кусков и почти сразу махнул лапой лягушонку. А тот подпрыгнул и набрал немного себе и девчонкам – Лике и Нати.

            Попугай Флинт обрадовался Шуше – а та будто помолодела, его увидев. Она все говорила и говорила, складывая домиком свои сухонькие лапки, да щурила на солнце бусинки глаз. Друзья внимательно слушали, посматривали друг на друга и улыбались, вспоминая свою корабельную жизнь. Даже Фагот чувствовал, как внутри него что-то просыпается. Впрочем, это все равно, – он твердо решил остаться на острове.

            Все было вроде бы как прежде – только вот Лика чувствовала, что нет, по-другому. Наверное, это я изменилась, сама того не заметив, вдруг подумала она. Вот и Прыг тоже стал другим – таким взрослым, таким самостоятельным. Наверное, я тоже повзрослела, подумала девочка. Подумала и обрадовалась – ей так хотелось наконец стать взрослой! Она никак не могла взять в толк, почему ее мама хочет совсем другого – стать моложе.  Лика даже как-то сказала ей: «Давай поменяемся!». Сказала и сразу поняла: так не бывает.

            Да и незачем это, говорила тогда ее мама. Пусть каждый из нас живет тогда, когда он живет – потому что это здорово! Здорово быть взрослой и воспитывать такую славную, любознательную дочку. Замечательно быть маленькой девочкой и понемногу взрослеть, наслаждаясь окружающим миром. Главное – не надо с этим спешить. Пусть все идет, как идет, – неспешно, своим чередом.

            Фагот решил сегодня оставить корабль и сказал об этом своим партнерам. Лике было нестерпимо грустно расставаться, но как она его не упрашивала, кот был неумолим. «Я хочу изменить свою жизнь, пора мне научиться жить самому. Мне этого так не хватает, и при этом так интересно – что же будет дальше?», – говорил он и ласково обнимал нашу принцессу своими огромными лапами. Он улыбался ей и Прыгу, жал крылья Флинту, трепал по загривку бывшего портового бродягу Рыжего. Даже Нати, которая знала его всего несколько дней, не смогла удержать крохотную слезинку, упавшую на ее разноцветные лапки. Всем было грустно прощаться с огромным черным котом. Прыг что-то смущенно говорил и все никак не мог поверить в то, что Фагот их покидает.

            Когда он ушел, Лика долго смотрела ему вслед – как тогда, когда их покидал Горо. Девочке казалось, что с уходом Фагота они потеряли частичку чего-то очень важного, что помогало им держаться вместе. Но что поделать – он так решил, и для него так было лучше.

            Тем временем на гавань понемногу опускалась густая южная ночь, и скоро наши уставшие друзья уже укладывались спать. Шуша убежала к себе, Флинт решил спать на своей жердочке и улетел следом. Из наших друзей на корме остались только Прыг, Лика, Нати да Рыжий, который выглядел немного расстроенным. Ему, оказывается, тоже было грустно расставаться с Фаготом. Надо же, думал он, мы никогда не были по-настоящему близки, а за эту пару дней узнали друг друга больше, чем за все прошлое время. Оказывается, так бывает…

            Солнце уже село. Лика лежала на палубе и смотрела в глубокое ночное небо. Звезды мерцали так же загадочно, как и тогда – когда они с Прыгом выбрались из огромной пещеры с наскальными рисунками и летучими мышами.  Лика сразу нашла на небосклоне Большую и Малую Медведицу и живо представила, как древние люди сочиняют про них разные удивительные истории, вглядываясь в ночное небо. Быть может, и моя мама сейчас тоже смотрит на звезды у себя над головой. О ком она сейчас думает?

            Корабль плавно шел, рассекая ночные волны. Прыг, который обычно засыпал позже всех, сейчас уже сопел, как ни в чем не бывало. А девчонкам не спалось. Лика рассказывала Нати про свой дом, про больших зеленых черепах, которые жили у берега, про ручей, большие белые кувшинки на воде и про дедушку Сома, который жил на дне. Она сама не ожидала, что сумеет так красиво и красочно рассказывать о событиях, которые происходили с ней и Прыгом.  А Нати восхищенно слушала, иногда переспрашивая: «А что Прыг? А как он это сделал?». Наша принцесса говорила и говорила, ее рассказ обрастал все новыми, всплывавшими в памяти неожиданными подробностями.

            Лика этой ночью рассказала Нати обо всем, что с ними произошло со дня самой первой встречи на берегу ручья. Но больше всего ей нравилось говорить о корабельной жизни и об острове. Оказывается, так много всего случилось за время нашего путешествия! Нашего путешествия домой.

            Наконец девчонки уснули, сами того не заметив. Лику во сне ласково обнимала большущая черная медведица, чем-то похожая и на маму, и на Фагота одновременно. А что снилось Нати? Мы, наверное, об этом никогда не узнаем, потому что летающие лягушата с Острова Зеленых Попугаев мало кому рассказывают свои сны. Только тем, кого считают своими самыми близкими, самыми родными существами.


далее 
  
Берег








Предыдущая глава
 ©Калинченко Павел